День Героев Отечества. Герой Советского Союза Иван Пьянзин

Документы о героях в нашем архиве

9 декабря в России отмечается День Героев Отечества. Праздник имеет большую историю, эта декабрьская дата приурочена к выдающемуся событию эпохи правления императрицы Екатерины II — в 1769 году она учредила орден Святого Георгия Победоносца. В те годы этим орденом награждались воины, проявившие в бою доблесть, отвагу и смелость. В нынешней России эта памятная дата восстановлена Федеральным законом Российской Федерации № 22-ФЗ от 28 февраля 2007 года «О днях воинской славы и памятных датах России».

Для архивных учреждений дата 9 декабря важная в историческом плане. Каждый архив хранит в своих фондах документы о российских и советских воинах, проявлявших поистине чудеса храбрости при защите Отечества. В Объединенном государственном архиве Челябинской области находятся на хранении документы георгиевских кавалеров, Героев Советского Союза, полных кавалеров ордена Славы, Героев Российской Федерации, участников Первой мировой и Великой Отечественной войн, военных конфликтов XIX-XXI веков. Специалисты архива на протяжении многих десятилетий ведут работу по сбору документов из личных архивов ветеранов войн, собирают воспоминания о героях.

К примеру, в фонде «Коллекция документов по истории Челябинской областной партийной организации» имеются не только личные документы ветеранов Гражданской и Великой Отечественной войн, но и воспоминания о них, написанные их родными и товарищами по оружию. В одной из таких заветных папок хранятся рукописные повествования внештатного корреспондента газеты «Авиатор Урала» Ф.А. Кравцова о наших земляках, Героях Советского Союза и полных кавалерах ордена Славы: коммунисте, сапере Алексее Михайловиче Ватагине, совершившем подвиг в 1940-м году в боях на Советско-финской войне, а также участвовавшем в Великой Отечественной войне и погибшем 30 апреля 1945 года при освобождении Чехословакии; командире батальона, коммунисте Петре Ивановиче Казакове, проявившем исключительное геройство в боях на Сандомирском плацдарме в январе 1945 года и погибшем в бою; коммунисте, старшине артиллерийского полка ПВО Черноморского флота Иване Семеновиче Пьянзине, отчаянно отражавшем множественные атаки фашистов в Севастополе и погибшем на огневой позиции; коммунисте, морском пехотинце, разведчике Андрее Сергеевиче Володине; другом разведчике, тоже коммунисте, Александре Ивановиче Кутепове^[1].

Командир 1-го зенитного артиллерийского дивизиона, полковник в отставке Евгений Андреевич Игнатович из Севастополя прислал воспоминания о черноморце, артиллеристе, своем товарище Иване Семеновиче Пьянзине^[2]. Также в нашем архиве хранятся и другие документы, посвященные Пьянзину.

Уральский парень мечтал о морской военной службе

Родом Иван Пьянзин из села Великопетровка, что в Карталинском районе Челябинской области. Родился 18 февраля 1919 года, прилежно учился в школе, окончив семь классов, вступил в комсомол. Парень с Урала мечтал о море, хотел служить на флоте. В 1938 году подал заявление о зачислении в Севастопольское училище зенитной артиллерии. Здесь его назначают помощником командира курсантского взвода, принимают кандидатом в члены ВКП(б). Училище Иван Пьянзин окончил в 1940 году по первому разряду и был назначен командиром взвода на 76-ю зенитную батарею 61-го зенитного полка, а в 1941 году Иван уже командир 80-й батареи, где его талант наставника и воспитателя молодых бойцов, подчиненных раскрылся с полной силой.

22 июня 1941 года… Севастопольцы вспоминают, что ночью шел дождь, темно, а это самые сложные условия для зенитной стрельбы. В воздухе шум моторов вражеских самолетов. Боевая тревога была объявлена немедленно. Пьянзин был в числе первых, кто открыл огонь по фашистам, неожиданно напавшим на Севастополь. Так начались военные дни отважного зенитчика. Батарея Пьянзина славилась боевыми успехами. Она имела на своем боевом счету наибольшее, по сравнению с другими батареями, количество сбитых вражеских самолетов.

Неравный бой батареи лейтенанта Пьянзина

Разгорелись бои на Перекопе, противник занял Евпаторию, Саки, Бахчисарай, опасность угрожала Севастополю. Батарея Пьянзина стояла в районе Бельбека и первая своим огнем перехватывала вражеские самолеты. Когда фашисты приблизились к Бельбеку, батарея Ивана Пьянзина первой открыла огонь по пехоте. Немцы на время откатились назад, оставляя десятки трупов солдат и офицеров, а потом опять ринулись в атаку уже танками, стремясь уничтожить батарею и пробить себе путь в Севастополь. Но и танки не смогли прорваться, остановленные снарядами наших зенитчиков. Батарею бомбили с воздуха, обстреливали из орудий и минометов, но Пьянзин не только не прекратил огонь, а наоборот – усилил его.

Под залпы вражеских орудий зенитчики хоронили первые жертвы боя и клялись у могил товарищей драться до последней капли крови.

В бою пострадали орудия и приборы зенитной стрельбы, а противник подходил все ближе и ближе. Пьянзенцы продолжали вести неравный бой и отошли с этого рубежа в район Учкуевки только после приказа командования.

Новое боевое задание

7 июня 1942 года противник начал третье наступление на город. Сотни тяжелых орудий и минометов, множество самолетов обрушили удар по защитникам Севастополя. Разведчик батареи Пьянзина заметил 22 приближающихся с моря бомбардировщика. Зенитчики отражали атаку, но несколько снарядов все же упали на огневую позицию, повредив орудия батареи. Но несмотря ни на что, она продолжала сражаться в неравном бою. Пьянзин стоял в центре огневой позиции во весь рост.

«На мотоцикле я примчался на батарею, – вспоминает Евгений Игнатович. –  С правой стороны орудия я увидел наводчика. Он был убит, но его правая рука продолжала держать штурвал поворотного механизма. Погибший до последнего вздоха свято выполнил воинский долг, свою присягу на верность Родине и народу. Лицо Пьянзина было искажено от горя. В руках он держал рукав морского кителя. Это все, что осталось от погибшего помощника командира батареи. Мне пришлось встряхнуть Ивана, чтобы он пришел в себя. Из ста двадцати человек в живых осталось только тридцать пять. Восстановить 80-ю батарею не было возможности, так как почти вся техника оказалась выведенной из строя и людей погибло очень много. В это время на другой батарее сложилась тяжелая ситуация. Я вызвал к себе Пьянзина и поставил перед ним сложную и опасную боевую задачу – командовать 365-й батареей, отбить атаки врага и не подпустить его к Севастополю. Только тогда на лице Ивана Семеновича появилась улыбка. Он был доволен, что ему доверили защищать самый ответственный участок. В ту же ночь Пьянзин, вооружившись автоматами и гранатами, с двумя краснофлотцами-проводниками отправился на высоту 60.0»[3].

Вызываю огонь на себя!

Фашисты во что бы то ни стало стремились взять высоту, обстреливали батарею из всех орудий. Наконец, пошли в атаку. Завязался рукопашный бой. Батарейцы отбивались штыками, лопатами, прикладами. Пьянзин был на командном пункте, руководил сложным боем и находил время стрелять из противотанкового ружья. Бой длился с утра до позднего вечера без перерыва. Враг откатился назад, понеся большие потери. Но и наши потеряли убитыми и ранеными 25 краснофлотцев. Наступило утро 13 июня. За холмом лязгали гусеницы немецких танков, слышалось движение сотен вражеских солдат. Батарейцы понимали, что скоро наступит решающий момент, но лица их были спокойны и строги. Зенитчики решили стоять насмерть и если враг одолеет их, то умереть с честью, как умирали тысячи русских солдат, защищая родную землю.

Батарейцы сумели подбить несколько танков, но свои орудия в этом неравном бою были разбиты, пали смертью храбрых комиссар Уваров, комсорг Чирва и другие бойцы.

Полковник Игнатович вспоминал: «Лейтенант Пьянзин несколько раз передавал тревожные сигналы, через некоторое время рация донесла с батареи: «Биться некому и нечем. Открывайте огонь по командному пункту! Тут много немцев». Я крикнул по рации: «Не спешишь, Иван?» «Нет, – твердо ответил Иван Семенович. – Открывайте огонь немедленно… Вызываю огонь на себя!»

Я связался с командным пунктом и передал наш разговор… Когда заговорили орудия дивизионов, Пьянзин корректировал их огонь. А потом выкрикнул в эфир последнюю фразу: «Прощайте, товарищи. Добывайте победу без нас».

Такое решение могли принять только настоящие герои. Они и были такими – защитники легендарной высоты 60.0, бойцы 365-й батареи»[4].

Память о Герое Иване Пьянзине

Старшему лейтенанту Ивану Семеновичу Пьянзину посмертно присвоено звание Героя Советского Союза. Вскоре после освобождения Севастополя на высоте 60.0 были найдены останки героя, которые захоронили на братском кладбище воинов Великой Отечественной войны. А на легендарной высоте установлен обелиск, опоясанный якорной цепью и увенчанный пятиконечной звездой. Одна из улиц Севастополя носит имя Ивана Пьянзина, пионерские дружины школ № 23, 34 города Севастополя носили имя Пьянзина. Комсомольская организация технического училища № 42 города Карталы Челябинской области тоже была названа именем Ивана Пьянзина.

Фамилия Пьянзина И.С. увековечена на Доске памяти в Музее Черноморского флота в Севастополе, на Мемориальной стене в честь героической обороны Севастополя 1941-1942 гг. на площади Нахимова и в Книгах Памяти Города-Героя Севастополя и павших в Великой Отечественной войне 1941-1945 гг. Иван Пьянзин навечно зачислен в списки воинской части. В Севастополе его именем названа школа № 14. В фондах Музея героической обороны и освобождения Севастополя хранятся фотография, фронтовые листовки и копия наградного листа.

На родине Ивана Семеновича Пьянзина в селе Великопетровка 9 мая 1982 года установлен бюст героя.

Елена Рохацевич

Фото из фондов архива