Театр драмы. Жизнь после войны

 

В ОГАЧО есть фонд Р-1360 «Челябинский государственный драматический театр», тысячи документов которого рассказывают о творческой деятельности драмтеатра, о трудных моментах и неизменных успехах творческого коллектива, о его славной столетней истории.

Первые 35 документов поступили на хранение в архив в 1954 году – приказы по театру, протоколы худсовета, планы и отчеты. Позже в фонде появились документы по личному составу, планы и отчеты театра по основной деятельности, стенограммы зрительских конференций…На сегодняшний день в фонде Р-1360 хранятся 639 архивных дел, рассказывающих о жизни театра с конца 1940-х до 2011 г. Сегодня мы публикуем статью главного архивиста ОГАЧО Е. П. Туровой о деятельности театра в первые послевоенные годы.

Челябинский драматический театр. Жизнь после войны

Шел 1944 год. Еще не отгремели бои на фронтах Великой Отечественной, из тыла на фронт каждый день отправлялись эшелоны с танками и боеприпасами, а за тысячи километров от передовой здесь, в Челябинске, полным ходом шла реконструкция драмтеатра им. Цвиллинга. Здание бывшего народного дома, построенное в 1903 году, за сорок лет обветшало, а капитально ремонтировалось только в 1934 году.

29 ноября 1944 года приемная комиссия, осмотрев здание драмтеатра, убедилась, что изменился общий вид не только центрального входа, но и прилегающей к театру территории; были переоборудованы кассовый зал и гардероб, парадная лестница и технические помещения. В зрительном зале полностью заменили полы, возвели колонны, потолок украсили лепниной; в фойе постелили паркет, а в кассовом зале пол отделали мозаикой. Само же здание засверкало новой краской, и комиссия подписала акт о приемке театра с обязательным условием устранения всех недоделок, а таковых оказалось немало – тридцать четыре пункта перечня дальнейшей ремонтной и реставрационной работы едва уместились на нескольких страницах акта. Однако, несмотря даже на серьезные недоработки по части сантехники, вентиляции зрительного зала, пожарно-технической оснащенности, комиссия приняла во внимание, «что театр им. Цвиллинга в г. Челябинске является единственным зрелищным предприятием массового политического значения» и все-таки приняла драмтеатр в эксплуатацию[1].

Во время ремонта труппа театра продолжала репетиции, выезжала на гастроли в Златоуст, Копейск, Чебаркуль. В 1941 году в связи с эвакуацией в Челябинск Государственного Малого театра драмтеатр им. Цвиллинга почти в течение года работал в г. Шадринске. Но, несмотря на столь неблагоприятные для творческого коллектива обстоятельства, театр сохранил свои основные кадры и по возвращении в Челябинск успешно продолжил творческую деятельность.

В 1942 году главным режиссером по решению Комитета по делам искусств при СНК СССР был назначен заслуженный деятель искусств Э.Б. Краснянский, до этого возглавлявший Московский театр сатиры. В течение нескольких лет он поставил четыре спектакля, которые имели большой успех у челябинской публики. В 1944 году театр принял участие в республиканском смотре русской классики, в ходе которого пьеса А.П. Чехова «Три сестры» в постановке Э.Б. Краснянского была признана лучшей постановкой и отмечена приказом начальника Управления по делам искусств при СНК РСФСР[2].

В годы Великой Отечественной войны на сцене Челябинского драмтеатра было поставлено 7 спектаклей на героико-патриотическую тему. Всего же театром было дано свыше 900 спектаклей и выступлений для бойцов и офицеров гарнизона и раненых в госпиталях.

Челябинские артисты сполна разделили заботы советского народа о Красной армии и внесли свой вклад в приближение Победы. Уже 23 июня 1941 года была создана бригада работников театра, которая 88 раз выступала перед бойцами на передовой. Коллектив все годы войны вел большую работу в помощь красноармейской и рабочей самодеятельности г. Челябинска, посылал инструктивную бригаду на фронт. Ряд сотрудников театра был награжден за военно-шефскую работу грамотами ЦК профсоюза РАБИС.

В 1945 году в театре было пять человек, удостоенных почетных званий: главный режиссер, заслуженный деятель искусств Д.М. Манский, заслуженные артисты РСФСР С.П. Вадова, Н.А. Соколов и только что получившие это звание А.С. Лескова и И.Е. Рагозин. В этом же году 35 работников театра были награждены медалями «За доблестный труд в Великой Отечественной войне 1941 – 1945 гг.»[3]. А ровно через год после начала войны, 22 июня 1946 г. председатель Кировского райисполкома М.Л. Соловьев вручил такую же медаль еще 93 работникам театра – артистам, музыкантам, рабочим сцены, парикмахерам и портнихам, билетерам и гардеробщицам[4]. Ведь театр, кроме сценической деятельности, вел большую военно-шефскую работу, давал спектакли, сбор от которых шел в Фонд обороны; собирал и отправлял коллективные посылки на фронт; в реквизиторских цехах шили ватные фуфайки для солдат, а художники, наряду с изготовлением декораций для спектаклей, участвовали в оформлении призывных пунктов и «Окон ТАСС».

Вскоре после окончания войны 21 июля 1945 года Совет Народных Комиссаров РСФСР принял решение о передаче Челябинского драматического театра им. С. М. Цвиллинга в непосредственное подчинение Управления по делам искусств при Совнаркоме РСФСР, что и было осуществлено в феврале 1946 года. Для передачи театра был подготовлен акт на 33 страницах с подробным описанием общего состояния дел во всех подразделениях, а также с характеристиками артистов и художественных руководителей театра. 30 января 1946 года акт был подписан, и драмтеатр стал именоваться Челябинским государственным драматическим театром[5].

На 1 января 1946 года в театре работало 212 человек, из них 49 артистов высшей, 1 – 4-й категорий; 23 артиста из вспомогательного состава и столько же музыкантов театрального оркестра[6].

На протяжении нескольких лет театр возглавлял директор М. М.  Половец, опытный руководитель, хороший организатор, умело совмещавший административную работу с творческой деятельностью.

Под его руководством театр продолжал репетировать пьесы классиков – «Маскарад» М. Ю. Лермонтова, «Егор Булычев» А. М. Горького, «Дядя Ваня» А. П. Чехова и др., но вскоре центральное место в репертуаре театра заняла современная советская драматургия. С августа 1946 до конца 1948 года в Челябинске были поставлены 11 новых пьес советских авторов: «Неугасимое пламя» Б. Полевого, «Русский вопрос» К. Симонова, «За тех, кто в море» Б. Лавренева, «Хождение по мукам» А. Толстого и др. Проявив инициативу и оперативность, труппа Челябинского госдрамтеатра первой в стране поставила пьесу Н. Вирты «Хлеб наш насущный», оказавшейся чрезвычайно актуальной в послевоенное время. Этот спектакль показали в Магнитогорске, Троицке, Миассе. Осенью 1947 года, накануне уборочной кампании, несколько спектаклей показали для передовиков сельского хозяйства. Более 10 тысяч колхозников Сосновского, Аргаяшского, Увельского и других районов области посмотрели эту пьесу. «В проводимых обсуждениях спектакля "Хлеб наш насущный" передовики сельского хозяйства отмечали большое впечатление, оставляемое спектаклем, правдивое изображение действительности… и принимали на себя обязательства по проведению уборки и выполнению плана хлебозаготовок», - сказано в справке о работе театра после постановления ЦК ВКП (б) «О репертуаре драмтеатров и мерах по его улучшению»[7].

Выездные спектакли прочно вошли в практику сценической деятельности театра. Летом 1948 года состоялись большие гастроли по городам и районам области, для чего коллектив был разделен на две группы по 53 и 39 человек. Каждая группа дала по 20 спектаклей, которые посмотрели более 15 тысяч зрителей. А всего за 11 месяцев 1948 года театр поставил на клубных сценах 85 спектаклей своего основного репертуара (25 тысяч зрителей).

Особого внимания заслуживает шефская работа коллектива Челябинского государственного драматического театра: культурное шефство над Сосновским районом, над частями Челябинского гарнизона, помощь самодеятельным художественным коллективам Кировского завода, ЧМЗ, мединститута, авиаучилища, заводов К-4 и № 78.

Театр принимал активное участие в проведении городских и областных смотров художественной самодеятельности, в обслуживании трудящихся на избирательных участках и агитпунктах во время выборов в Верховный Совет СССР и РСФСР и т.д.

В марте 1947 года страна начала подготовку ко 2-й годовщине Великой Победы. Творческим коллективам было предложено создать литературные монтажи, постановки отрывков произведений на военно-патриотическую тематику. Идея хорошая, однако в Челябинском театре она воплощалась в свободное от основной работы время. Директор М. М. Половец, издав специальный приказ, разрешил готовить этот репертуар в помещении театра в нерепетиционные часы и выдавать для постановок необходимые аксессуары по его письменному распоряжению. «Призываю весь творческий коллектив в свободное свое время принять участие в создании репертуара на современную тему для популяризации широким массам г. Челябинска»[8], - призывал директор драмтеатра.

 В октябре 1948 года при театре был учрежден художественный совет, в который вошли 11 человек во главе с директором[9]. Отныне все новые постановки подвергались тщательному анализу и получали строгую оценку, не считаться с которой было нельзя. В специальных журналах дежурившие по очереди художественные руководители и актеры оставляли запись о том, как прошел спектакль, достаточно ли были выразительны те или иные сцены, не требует ли ремонта или замены декорация, хорошо ли работал суфлер… Порой доставалось и артистам – дежурный по спектаклю замечал малейшие недостатки в игре или костюме исполнителя роли и оставлял соответствующую запись в журнале. Вероятно, ведение такого журнала помогало труппе драмтеатра оттачивать сценическое искусство.

Наряду с борьбой за качество репертуара, за улучшение исполнительской дисциплины в театре неустанно шла борьба за посещаемость. После перехода на самоокупаемость это стало едва ли не главной задачей администрации театра. Еще в январе 1947 года была предпринята попытка создания бюро по организации культпоходов трудящихся, открытия касс в отдаленных районах города и специальных офицерских касс. Спустя  год ситуация почти не изменилась, поэтому М. М. Половец потребовал от своих заместителей установить связь с заводами, учреждениями, школами, разработать план коллективных посещений театра; открыть 15 районных касс с оплатой кассирам 5% с проданного билета, наметить график выездных спектаклей в отдаленные районы.

 Было понятно, что без хорошей рекламы привлечь зрителя в театр будет непросто. Поэтому М. М. Половец предложил увеличить тираж афиш, установить на улицах города щиты с плакатами, а на фасаде театра оборудовать световую рекламу. Заведующему постановочной частью Шкундину и декорационному цеху поручили срочно изготовить 30 плакатов[10].

Словом, для привлечения зрителя в театр все средства были хороши. А вот посещение по контрмаркам не приветствовалось. Челябинский областной отдел по делам искусств попытался как-то обеспечить себя и своих близких постоянными местами в театре, но не тут-то было – зам. председателя Комитета по делам искусств при Совете министров РСФСР А. Глина не разрешил это делать, сославшись на приказ Комитета по делам искусств при СНК СССР от 9 сентября 1946 г. Согласно этому документу была установлена норма на выделение бесплатных мест в театрах: управление /отдел/ по делам искусств – 2 места, Политконтроль НКВД – 2, Репертком – 1, облрабис – 1, комендант города – 1 место, дирекция театра – ложа дирекции. При отсутствии лож допускалось выделение президиуму местных советов, областному комитету ВКП (б) и дирекции театра по 2 места.

Право входа в театр по служебным делам, но без предоставления им постоянных мест, имели также начальник милиции, уполномоченный по охране авторских прав и дежурный врач. Увеличение количества бесплатных мест свыше установленных настоящим приказом категорически воспрещалось, а потому директор Челябинского драмтеатра М. М. Половец предложил впредь не рассчитывать на контрмарки, а ограничиться приглашением на премьерные спектакли[11].

В послевоенные годы в театре назрела кадровая проблема. В труппу вернулись демобилизованные из армии артисты, но в то же время по разным причинам и по собственному желанию из театра уволилась группа опытных артистов… Мало у кого было специальное образование, а высшее имели всего три человека – режиссер В. Люцце, зав. музыкальной частью Н. Факторович и артист оркестра П. Лаппа[12]. К тому же ощущалась и нехватка молодых творческих сил.

Не лучше обстояли дела и в других театрах страны. Поэтому еще в 1944 году Комитет по делам искусств при СНК СССР принял решение об организации театральных студий при театрах в семи городах, в числе которых был Челябинский драматический театр[13]. Но со временем студии были созданы почти во всех театрах страны и благополучно существовали до апреля 1948 года, пока не вышел новый приказ Комитета по делам искусств при СНК СССР: «Театральные студии, созданные в годы Великой Отечественной войны в целях подготовки театральных кадров для замены ушедших актеров на фронт, выполнили свою задачу.

В настоящее время в связи с расширением сети театральных учебных заведений, с возвращением в театры актеров из армии, а также реорганизацией театров на основе самоокупаемости, дальнейшее существование широкой сети театральных студий не оправдано».

Студии были закрыты в 55 театрах страны. «Выжили» всего 15 студий в столицах союзных республик, в областных и краевых центрах, в их числе была и студия при Челябинском государственном драматическом театре[14]. Более того, наш театр в числе немногих был выбран для стажировки выпускников режиссерского факультета Государственного института театрального искусства им. А. В. Луначарского. Для выполнения дипломной работы в театр прибыла Е. Б. Кайрукштис и работала несколько месяцев в должности режиссера-ассистента с зарплатой 600 руб.[15]

Что из себя представляла театральная студия при Челябинском государственном драматическом театре? Она была открыта в 1944 году. На первый курс приняли 25 человек – 12 мужчин и 13 женщин. Но в 1946 году студию закончили всего 5 человек, четверо из них остались на работе в театре, один по семейным обстоятельствам уехал в Ленинград. Так получилось, что эти первые студенты были набраны из числа эвакуированных. Когда же их родители с учреждениями и предприятиями были реэвакуированы, они были вынуждены уехать со своими семьями.

В последующие годы в театральную студию поступали в основном челябинцы и жители области. Жили в общежитии – две комнаты на 10 человек каждая. Студентов обеспечили учебниками, тетрадями, гримом, спортивной обувью и костюмами, спортинвентарем; разрешили пользоваться библиотекой месткома театра и библиотекой ВТО. С наступлением зимы всем выдали валенки, провели медицинское освидетельствование и приобщили к общественно-политической жизни театра, приняв всех студийцев в члены профсоюза РАБИС.

Заведующий учебной частью студии П. Я. Волков-Мирский отмечал, что учились студенты с желанием, занятия не пропускали и успеваемость по всем предметам была хорошая. К тому же все студийцы получали стипендию – 175 рублей на 1-м курсе, от 285 до 300 рублей на 2- и 3-м, да еще  доплату за производственную практику. В студии был свой учебный репертуар – в пьесе Шварца «Снежная королева» они работали над основными ролями, и еще мастерство актера отрабатывали, репетируя отрывки из пьес «Три сестры» А. Чехова, «Бесприданница» А. Островского[16].

Преподавание в студии велось по программам, утвержденным Главным управлением учебных заведений Комитета по делам искусств при СНК СССР. Студентам преподавали не только специальные дисциплины – мастерство актера, техника речи, художественное слово, грим, ритмика, танец, сценическое движение и фехтование. Довелось им слушать лекции и сдавать экзамены и по истории изобразительных искусств, истории русской и западно-европейской литературы и театра, и, конечно же, по основам марксизма-ленинизма, предмета, обязательного для всех специальных учебных заведений.

Кроме основной программы обучения, в студии проводились факультативные занятия по постановке голоса, вокалу, технике речи и др. Все дисциплины преподавали высококвалифицированные педагоги[17].

Студия при театре работала более четырех лет. За это время были подготовлены 23 молодых актера, 7 из них остались в коллективе театра, 16 направлены на работу в другие театры[18]. Молодые актеры успешно влились в коллектив и были задействованы в спектаклях. Однако руководство театра признавало, что театральная студия выполнила свою задачу, но продолжать обучение театральному мастерству на уровне, который все-таки не в полной мере соответствовал полноценному высшему образованию, нецелесообразно. «Заниматься этим должны специальные артистические вузы», – считал художественный руководитель драмтеатра заслуженный деятель искусств Д. М. Манский, и на общегородской конференции зрителей 21 февраля 1949 года объявил о предстоящем закрытии студии при театре[19].

Через пять лет после окончания войны жизнь театра окончательно вошла в привычную колею. Труппа упорно работала над репертуаром, ежегодно выпуская по 6 – 10 новых спектаклей; постоянно шла борьба за зрителя – посещаемость и заполняемость зала была одним из самых важных показателей работы театра. Регулярными стали выездные спектакли, гастроли по городам и районам области. В 1950 году театр впервые выехал на большие гастроли в Ленинград, где с 18 июля по 9 октября сыграли 120 спектаклей вместо 80 по плану и имели большой успех.

В то время, пока труппа гастролировала и была в очередном отпуске, в театре шел очередной капитальный ремонт. Над зрительным залом были заменены деревянные фермы на металлические, вместе с ними был сменен подвесной потолок, железная кровля сделана из нового железа. Полностью заменили электропроводку, усилили водопровод, переложили канализацию и заменили 40% радиаторов парового отопления (в штате театра по-прежнему числились три истопника)[20]. Конечно, не обошлось без покраски стен, потолка, обновления лепнины.

Продолжительный ремонт не помешал творческому коллективу театра успешно выполнить годовой план к 5 декабря. Многие плановые показатели были перевыполнены, например, по зрителям – на 57 тыс. человек, по сборам – на 147 тыс. руб. Всего же по доходам план был перевыполнен на 176 тыс. руб.[21]

Так, успешно завершив свою первую послевоенную пятилетку, труппа Челябинского государственного драматического театра на творческом подъеме и в обновленном здании встретила новый 1951 год и успешно продолжила театральный сезон.

Елена Турова, главный архивист ОГАЧО