Тревоги первых лет архива

М. А. Базанов, ведущий археограф ГУ ОГАЧО, к.и.н.

Официальное решение об открытии архива еще не означало начало его реальной работы, равно как и не гарантировало от возможного закрытия. Начальный этап существования Челябинского архива – ярчайшее тому подтверждение.

Первые полгода стали для нового учреждения временем поистине титанической борьбы за свое выживание. Несмотря на постоянные просьбы Н.М. Чернавского, архиву в качестве помещения были предоставлены лишь две небольшие комнатки в здании одной из челябинских школ (ОГАЧО. Ф. Р-25. Оп. 1. Д. 4. Л. 85об). Для хранения документов они оборудованы не были, поэтому в самом начале своей деятельности архив был вынужден ограничиться исключительно постановкой на учет документов, находящихся на хранении в других организациях. Явно ощущался и кадровый голод: штат состоял из двух научных сотрудников (при этом одна вакансия большую часть времени пустовала) и одного технического работника (ОГАЧО. Ф. Р-2016. Оп. 1. Д. 195. Л. 46-49). И, конечно же, постоянно ощущались финансовые затруднения: не было мебели, накопились долги по зарплате… (см., напр.: ОГАЧО. Ф. Р-25. Оп. 1. Д. 3. Л. 22-28; Д. 4. Л. 86-86об; Д. 6. Л. 10).

Но даже в таком виде существование архива было сочтено излишне затратным для местного бюджета. Это были трудные в финансовом плане годы, и центральное правительство, изыскивая новые источники экономии средств, отдало распоряжение о сокращении штатов органов местной власти. В Челябинске это сокращение посчитали возможным провести за счет архивных работников. В декабре 1921 г. было принято решение о закрытии губархива, а Н.М. Чернавскому дали один месяц на подготовку к его окончательной ликвидации (ОГАЧО. Ф. Р-25. Оп. 1. Д. 4. Л. 138-139).

Заведующий, однако, не торопился, и, как показало время, был прав. В конце января 1922 г. начинается новый этап архивной реформы, в ходе которой содержание губархивов переводится на счет республиканского бюджета. Распоряжение о ликвидации было забыто, а Н.М. Чернавский вновь был переутвержден в своей должности (ОГАЧО. Ф. Р-138. Оп. 1. Д. 536. Л. 32). Вскоре после этого штат учреждения существенно расширился – с одного научного работника до трех, а Губкоммунотдел предоставил в его пользование столь необходимое для хранения документов помещение – второй этаж дома на пересечении улиц Рабоче-Крестьянской и Карла Маркса, состоявший из двух больших комнат общей площадью в 18 кв. м. Фактически именно с этого момента начинается полноценное функционирование архива.

Вторым испытанием на прочность стал процесс районирования Южного Урала и создания Уральской области, проходивший в рамках масштабной реформы административного устройства РСФСР. В ходе него содержание архива возлагалось на окружной бюджет. То, что казалось по силам бюджету сравнительно большой Челябинской губернии, вновь расценили как излишне большие траты для небольшого Челябинского округа. На II сессии губисполкома в июне 1923 г. прозвучало предложение: детище Н.М. Чернавского – архив – упразднить, заменив его 4 архивариусами при окрисполкомах, по одному на округ (ОГАЧО. Ф. Р-138. Оп. 1. Д. 683. Л. 4). Конечно, об исполнении каких-либо научных функций речи не могло идти.

Н.М. Чернавский вновь начинает борьбу за свое учреждение. За помощью он обращается в Екатеринбургский губархив (после реформы реорганизуемый в большой Уральский облархив) и к заведующему Центрархивом В.В. Максакову (ОГАЧО. Ф. Р-25. Оп. 1. Д. 15. Л. 116-116об).

К счастью, эти меры возымели свой эффект, да и с течением времени мысль о необходимости архивной системы все же заняла свое место в головах людей. 23 января 1924 г. президиум Уральского облисполкома принял решение об организации на подведомственной ему территории окружных архивов (ОГАЧО. Ф. Р-26. Оп. 1. Д. 3. Л. 1). Заведующим Челябинского окрархива вновь был избран Н.М. Чернавский (ОГАЧО. Ф. Р-26. Оп. 1. Д. 133. Л. 7). После этих событий более уже никогда не ставилось под вопрос существование этого учреждения.

Нам же, живущим почти век спустя, остается лишь отдать дань уважения Н.М. Чернавскому, который с достоинством выдержал выпавшие на его долю испытания и отстоял свое детище, сохранив тем самым для нас многие свидетельства нашей истории.