Торговля и спекуляции в сводках губчека за 1921 год

В начале 1921 г. на территории Челябинской губернии продолжалась реализация политики военного коммунизма. В этих условиях существование независимого предпринимательства и мелкой кустарной промышленности воспринималось партийными и советскими органами в качестве враждебного советской власти явления. Чрезвычайная комиссия по борьбе с контрреволюцией и саботажем в своих аналитических материалах отслеживала случаи спекуляции в губернии, пыталась оценить масштабы запрещенных торговых операций. Особый интерес представляет сообщение губчека о первых изменениях в сфере торговли на территории губернии в связи с введением новой экономической политики. Примечательно, что в следующих информационных сводках губчека тема спекуляции выпадает, что говорит о смещении внимания спецслужбы на другие проблемы.

Публикацию подготовил

кандидат исторических наук, ведущий археограф ОГАЧО

С.А. Кусков

 

№ 1. Из двухнедельной информационной сводки Челябинской губернской чрезвычайной комиссии за 1–15 января 1921 г. о спекуляции мылом в Курганском уезде

Не ранее 15 января 1921 г.

Совершенно секретно

В Кургане процветает спекуляция мылом. Мыло варится спекулянтами на частных квартирах кустарным способом. Cами производители продажей мыла непосредственно спекулянтам и потребителям не занимаются, а прибегают к посредничеству третьих лиц, надежных и хорошо им известных. От этих посредников мыло попадает непосредственно в руки мелких спекулянтов – торговцев, а также и потребителям.

За последнее время нашими сотрудниками в Кургане было арестовано за спекуляцию мылом трое лиц. Двое из них – железнодорожный служащий Яков Сысоев и командированный ЦК РКП для работы среди немцев-колонистов Курганского уезда немец Оскар Христианович Ленц – занимались мыловарением, а третья – Мария Меньшикова – была их посредницей. Немец Ленц только за одну ночь успел сварить 33 фунта мыла. Нашему сотруднику удалось купить у Сысоева 27 фунтов мыла по 2000 рублей за фунт.

В Троицке наблюдается скупка «Николаевских денег».

ОГАЧО. Ф. П-77. Оп. 1. Д. 344. Л. 3 об. Заверенная копия.

 

№ 2. Из двухнедельной информационной сводки Челябинской губернской чрезвычайной комиссии за 16–31 января 1921 г. о борьбе со спекуляцией

Не ранее 31 января 1921 г.

Совершенно секретно

Спекуляция ведется главным образом предметами широкого потребления, как-то: мясом, мануфактурой, обувью. Некоторые лица, пользуясь своим служебным положением, закупают у татар и киргиз скот, который потом перепродают частями профессиональным спекулянтам. От последних он попадает в руки более мелких торговцев-спекулянтов или же непосредственно потребителям.

Этот род спекуляции (мясом) ярко характеризуется следующими данными.

Некий Буйновский Иван Францевич, член комиссии Челябинского губпродкома по приемке скота, заготовленного Омским губпродкомом, и председатель той же комиссии Яковлев Константин Иванович (спец-скотопромышленник), приехав к месту работ комиссии, в станицу Звериноголовскую, помимо приемки скота, начал заниматься скупкой скота для спекулятивных целей. Для этого ими был создан фонд в 24 тысячи рублей. Осенью 1920 года Буйновский закупает у киркиза[1] аула Улугул, Петропавловского уезда пару быков за 24 тысячи [рублей] и сдает их под расписку тому же киргизу, чтоб он прокормил их до зимы. Попутно с этим следует отметить, что Буйновский и Яковлев частенько занимались картежной игрой; в одну из которых Яковлев проиграл 56 тысяч казенных денег. В конце ноября 1920 г. приемочная комиссия окончила свои дела и должна была ехать обратно в Челябинск. Желая воспользоваться случаем, Буйновский предлагает председателю Яковлеву и заведующему бойней той же комиссии Пахомову Петру Афанасьевичу приобрести быков, чтобы на них в Челябинске спекульнуть. Для этой цели Буйновский дает 100 тысяч рублей, Пахомов – 50 тысяч рублей, а Яковлев, не имея собственных денег, дает из казенных сумм 100 тысяч рублей. Через посредство местного киркиза[2] им удается купить в одном ауле 6 быков за 300 тысяч рублей. Так как быков одних гнать в Челябинск не удобно, то, чтоб рассеять подозрения, эти шесть быков были запряжены в четверо саней с сеном, на право вывоза которого из Тургайской области для себя, брата, Яковлева и Пахомова Буйновский имел соответствующее удостоверение от Челябинского губпродкома. Доставка быков и сена была поручена двум возчикам-татарам, которым было заявлено, чтоб они говорили, что сено и быки казенные, предъявляя удостоверение на право провоза сена. В свою очередь Буйновский берет третьего возчика, нагружает ему на сани одну тушу мяса, 2 мешка сала и до 1 пуда масла и отправляет с собой. Незадолго до отъезда киркиз[3] из аула Улугун привозит Буйновскому еще 3 туши мяса и 3 штуки кож, которые впоследствии были обнаружены на квартире Яковлева и отобраны сотрудником губчека. Возчики, видя, что служащие губпродкома спекулируют, решили от них не отставать и взяли для спекуляции 1 пуд сала и 30 ф[унтов] масла, которые потом продали в Челябинске за 100 тысяч рублей. Прибыв в Челябинск, Буйновскому удается продать спекулянтам 4 быка за 480 тысяч рублей. В настоящее время главные участники в спекуляции арестованы. Оставшаяся у Буйновского пара быков отобрана и сдана в губпродком, а дело передано в губревтрибунал.

Второй вид спекуляции – это спекуляция обувью, валенками и мылом. Многие кустари, даже зарегистрированные в совнархозе, изготовляют массу обуви на рынок. Также есть мастерские совершенно незарегистрированные в губсовнархозе и работающие исключительно на рынок. Комиссией арестовано несколько мелких кустарей сапожников за спекуляцию обувью и кожевенными товарами.

Кроме того комиссией зарегистрировано несколько дел по спекуляции разными съестными припасами, валенками, керосином и пр[очим], но эти спекуляции все мелочного характера. Более крупная спекуляция тесно связана с преступлением по должности и о ней будет говориться ниже в §10.

ОГАЧО. Ф. П-77. Оп. 1. Д. 344. Л. 12-12 об. Заверенная копия.

 

№ 3. Из двухнедельной информационной сводки № 4 Челябинской губернской чрезвычайной комиссии за 16–28 февраля 1921 г. о торговле на толкучках

Не ранее 28 февраля 1921 г.

Совершенно секретно

На так называемых толкучках происходит молочная спекуляция пищевыми продуктами и старой одеждой.

Более крупная спекуляция происходит на частных квартирах. За отчетный период крупных спекуляций раскрыто не было.

ОГАЧО. Ф. П-77. Оп. 1. Д. 344. Л. 37. Заверенная копия.

 

№ 4. Из двухнедельной информационной сводки № 8 Челябинской губернской чрезвычайной комиссии за 16–30 апреля 1921 г. об изменениях в связи с объявлением свободной торговли

Не ранее 30 апреля 1921 г.

Совершенно секретно

В связи с объявлением свободн[ой] торговли, на рынках появилась масса товаров. Цены на все поднялись.

Из центральных губерний начинают прибывать мешочники с разными вещами для обмена на хлеб. Так в Троицк прибыл казначей Управления Самаро-Златоустовской железной дороги с разными вещами: мануфактура, гимнастерки, сукно и белье военного образца, а также и другими вещами для обмена на муку. Весь этот товар был выменян сотруднику Троицкого уголрозыска[4] на сто пудов муки, несмотря на то, что сотрудник его предупредил, что мука краденная. Вещи в общей сложности по базарным ценам стоят три миллиона рубл[ей]. Сотрудников[5] Троицкого кожотдела было продано секретному сотруднику уголрозыска кожевенного товару, принадлежащего кожотделу, на сумму около 2 миллионов рублей.

ОГАЧО. Ф. П-77. Оп. 1. Д. 344. Л. 72 об. Заверенная копия.



[1] Так в документе.

[2] Так в документе.

[3] Так в документе.

[4] Так в документе.

[5] Так в документе.

Поделиться