О Чернобыле из первых уст

29 и 30 апреля в архиве состоялись встречи, приуроченные к 40-летию аварии на Чернобыльской атомной электростанции. Их участниками с одной стороны стали студенты ЧелГУ (историки) и ЧГИК (музеологи), а также учащиеся Южно-Уральского многопрофильного колледжа, выступавшие в роли слушателей, а с другой — ветераны-ликвидаторы, члены организации «Союз Чернобыль», рассказавшие о событиях, очевидцами и участниками которых они стали.

Для поколения 2000-х, чье представление о Чернобыльской аварии часто искажено произведениями массовой культуры (вроде компьютерной игры S. T. A. L. K. E. R.) услышать рассказ о ней из первых уст — все равно что для их родителей поговорить с живыми фронтовиками. Пройдет каких-нибудь 20 лет, и уже некому будет рассказать, что не было на войне с невидимым врагом под названием «радиация» ни духа приключения, ни героического пафоса. А была изматывающая ежедневная работа, стоившая абсолютно всем ее участникам здоровья, а многим — и жизни.

Олегу Панкееву было 20 лет, когда он, едва вернувшись со срочной службы, был снова призван в армию из резерва. Произошло это 13 мая 1986 года, а через три дня он в составе 28-го Уральского полка химзащиты прибыл к границе 30-километровой зоны отчуждения. Олегу Анатольевичу выпало управлять бронированной машиной химразведки и возить на ней к развалинам станции и в город-призрак Припять ученых Курчатовского института, которые делали там замеры уровня радиации. После каждой такой поездки с машины полагалось смыть радиацию. И как назло после последнего перед убытием домой задания радиация никак не хотела смываться. Олег с боевыми товарищами пошел на отчаянный шаг и прорвался из зоны отчуждения к своим через брешь в колючей проволоке, мимо КПП, и таким образом успел на поезд до Челябинска.

Юрий Лаптев был в Чернобыле недолго по сравнению с другими ликвидаторами, но полученной там дозы излучения хватило на всю оставшуюся жизнь. В 1980-е годы он работал на ЧТЗ и как раз находился в московской командировке, когда произошла авария. По возвращении он узнал детали случившегося, а также то, что он оправляется к месту бедствия вместе с челябинскими тракторами, которым предстояло разгребать завалы на станции и снимать зараженный слой грунта. Были среди этих машин и радиоуправляемые образцы, но излучение выжигало всю электронику, поэтому управляли тракторами люди, сидя в освинцованных кабинах. После этой поездки здоровье Юрия Михайловича начало стремительно ухудшаться, пока через год он не оказался почти полностью парализованным. Десять лет ушло у него на то, чтобы снова встать на ноги и доказать, что его болезнь (официальный диагноз — рассеянный склероз) была вызвана именно радиацией.

Виктор Коробинцев отправился в Чернобыль спустя год после аварии — тоже по призыву из запаса. Он вспоминает, что в зоне отчуждения абсолютно у всех поначалу поднималась температура и болело горло — это был ответ организма на высокий уровень радиации. По прибытии ему предложили выбор — полгода работать в относительной безопасности или пару недель скидывать радиоактивный мусор с крыши ЧАЭС до получения предельной дозы. Виктор Прокопьевич выбрал второе. Нужное количество «радиков» и билет домой он заработал менее чем за месяц. Вернувшись в Челябинск, стал частым гостем в больницах, где ему пригрозили: если не бросишь курить, скоро умрешь. Так полученный от радиации вред мотивировал Виктора Коробинцева расстаться с вредной привычкой.

Александр Романов в 1986 году работал водителем в военизированной автоколонне и поехал на ликвидацию аварии не по мобилизации, как большинство его товарищей, а по приказу командования. В его обязанности входило управлять грузовиком и вывозить на могильник зараженный грунт и разобранные дома из населенных пунктов, где проводилась дезактивация. С раннего утра до позднего вечера, без выходных. О тех временах Александру Юрьевичу напоминает вымпел с изображением Чернобыльской АЭС. Эту реликвию он передал в музейную коллекцию областного архива.

В конце встречи директор архива Игорь Вишев вручил благодарности областной и городской организациям «Союза Чернобыль». Рассказ челябинских ликвидаторов был записан на видео и будет включен в архивный фонд как бесценное свидетельство о Чернобыльской аварии для будущих поколений.

Текст: Руслан Сафин

Фото: Инесса Ким

СМОТРЕТЬ ФОТОАЛЬБОМ