«Неизвестный» художник, поэт и воин Банников Илья

 

«Когда-нибудь ушлый историк

Возьмёт и напишет про нас,

И будет печален и горек

Его немудрёный рассказ.

Обрывки, ошмётки, обноски –

Обломки далёкого дня…

Но в маленькой, маленькой сноске

Помянет историк меня.

Так, значит, за эту вот сноску,

За жалкую каплю чернил –

Воздвиг я себя в одиночку

И  труп свой на шею взвалил.

Так, значит, за истину эту,

Что бросит мне время на чай, –

Высокому белому свету

Сказал я когда-то «Прощай».

И гору сомнений оставил

И с песней пошёл за предел,

Любимых заплакать заставил

И слышать их слёз не умел.

Но будут мои отголоски

Звенеть и до Судного дня,

И даже не важно, что в сноске

Никто и не вспомнит меня».

Эти стихотворные строки принадлежат перу Ильи Банникова – историка, художника, поэта и публициста, нашего земляка, личный фонд которого недавно создан в государственном архиве. Стихотворение было переделано Ильёй с другого произведения известного и любимого им русского поэта и прозаика, барда Александра Галича («Когда-нибудь дошлый историк…»). Илья Банников также очень любил творчество и других известных авторов-исполнителей, таких как Владимир Высоцкий, Юрий Визбор. Покупал их пластинки, слушал, делал выписки, размышлял.

Так кто же он – Банников Илья? Не случайно заголовок этой публикации назван именно так. Его имя действительно большинству южноуральцев, к сожалению, неизвестно. Жаль, что его не знают даже люди из сферы культуры и искусства. «А кто он такой?» – в большинстве своём недоумённо спрашивают они. Приходится объяснять, рассказывать. Что он был личностью с большой буквы, чрезвычайно талантливым человеком, редким самородком, который жил и учился в нашем городе. Увы, он очень рано ушёл из жизни и не успел в полной мере реализовать свой незаурядный и разносторонний творческий потенциал. Помимо исключительной художественной одарённости, это был ещё и человек обострённой совести, справедливости и политической активности.

Автор этих строк был знаком с Ильёй не понаслышке. Когда-то вместе учились в педагогическом институте, немного общались на первых курсах вуза. Многие студенты с нашего курса уважали Илью за принципиальность, а также за глубину знаний, часто энциклопедических, но, думаю, всё-таки считали каким-то странным, чудаком. Тогда мало кто осознавал, что это настолько самобытная и чрезвычайно многогранная личность. Об этом и своём восприятии Ильи я писал уже несколько лет назад в статье «Штрихи к портрету Ильи Банникова», а также в своих воспоминаниях, вошедших в документы его личного фонда.

Илья начал публиковать свои статьи на историческую тематику в областной газете «Комсомолец» ещё будучи студентом историко-педагогического факультета. Темы были неизведанные, малоизученные, неоднозначные, например, такие, как: «Лесные братья или неизвестная война», «Честь имеем!», «Наследники Савинкова: политический терроризм 1960-1970-х годов в СССР» и другие. В годы перестройки интерес читателей к истории нашей страны был большой. После командировок И. Банникова в горячие точки –Приднестровье и Абхазию, эта же газета опубликовала его авторские статьи с оценкой сложной ситуации в воюющих республиках и своих впечатлениях.

Но широкая общественность узнала об Илье позднее. Более 20 лет назад, в мае 1997 года, произошло значимое событие в культурной жизни Челябинска. Состоялась презентация его книги «Баллада пепла» – сборника публикаций стихотворений, прозы, публицистики, рисунков и картин Банникова объёмом 650 страниц. Она была издана по материалам личного архива И. Н. Банникова, собранного его родителями и обработанного литературоведом А. Л. Казаковым при поддержке Челябинского областного фонда культуры и Общества любителей российской словесности. С тех пор Илья Банников и стал известен.

Помимо этого о жизни и творчестве И. Н. Банникова в 1999 году творческим объединением «Губерния» (ЧГТРК) был создан документальный фильм «Горький пепел», который был показан по челябинскому телевидению. В 2000 году на «Радио России» в рамках проекта «XX век» прозвучала передача об И. Н. Банникове из цикла программ «Судьбы века». На челябинском областном радио «Южный Урал» в 2004 году, к 10-летию гибели поэта и художника, была подготовлена передача о жизни и творчестве Ильи Банникова. Более того, с 2003 года творчество Ильи Банникова включено в программу литературы 9-11 классов (хрестоматия «Литература России. Южный Урал», утвержденная Министерством просвещения России). Имя Ильи также вошло в энциклопедию «Челябинск» (2001), энциклопедию «Челябинская область» (2008), энциклопедию ЧГПУ (2012) и книгу "Уральский исток Транссиба. История ЮУЖД" (2004).

О жизни и творческом пути И. Н. Банникова на основе материалов книги «Баллада пепла», документального фильма «Горький пепел» в школах Челябинска и Челябинской области проводились тематические занятия, в которых принимала активное участие Л. М.  Банникова, мама Ильи. Преподавателями и учащимися школ города и области были написаны исследовательские, литературоведческие работы о творчестве поэта, публициста, художника, некоторые из них отмечены дипломами лауреатов Российской научно-социальной программы для молодёжи и школьников «Шаг в будущее» — за высокие результаты в научных исследованиях.

Лариса Михайловна Банникова в 2005-2006 годах передала часть документов и предметов из личного архива сына в фонды Центра историко-культурного наследия г. Челябинска. В марте 2008 года в Челябинском областном краеведческом музее состоялась выставка «Баллада пепла» о жизни и творчестве И. Н. Банникова — на основе документов и предметов из фондов ЦИКНЧ и архива семьи Банниковых, где впервые выставлялись также несколько картин, созданных им. Работа выставки освещалась в средствах массовой информации.

Казалось бы, те произведения, работы, которые он оставил после себя, не остались незамеченными, пылящимися дома в столе или шкафу. И, тем не менее, считаю, что его имя остаётся всё же неизвестным, приходится вновь и вновь говорить и писать о нём и его творческом наследии. Людям, особенно выросшим в постсоветское время, часто сложно понять мировоззрение, мотивы неординарных поступков Ильи Банникова. Время неумолимо идёт вперёд и постепенно стирает из памяти то, что ещё недавно казалось всем знакомым. Время так называемой перестройки рубежа 1980-х—начала 1990-х давно закончилось. И почти забыто. На мой взгляд, это был великий обман и самообман и, конечно, трагедия в истории огромной страны, а значит и людей. Объективных оценок этого события пока нет. До сих пор идут споры между профессиональными историками и публицистами. Но последствия этой «катастройки» – по меткому выражению философа А. Зиновьева, сказываются по настоящее время.

Для того, чтобы вспомнить и понять, что волновало умы людей того времени, достаточно обратиться к творчеству Ильи Банникова. Ведь он прекрасный карикатурист, шаржист. Илья активно интересовался политикой, был человеком, не равнодушным к происходящим бурным событиям тех лет. Почти всё его графические работы пронизаны отражением острых политических событий последних лет существования СССР.

Но он также и пейзажист. Его графические и акварельные рисунки, вошедшие в фонд, великолепны. Они имеют свой выраженный стиль, в котором преобладают багрово-красные, оранжевые, зелёно-синие тона и красной нитью проходит одиночество человека, страдающая, израненная душа самого Ильи Банникова.

Отличительной особенностью графики художника является его историзм и милитаризованность, то есть присутствие в рисунках исторической и военной тематики. Тетради и отдельные листы очень насыщены рисунками разных видов холодного и, особенно, огнестрельного оружия всех времён и народов. Илью интересовало это с детства. Подросток, затем юноша живо себе представлял исторические события, битвы, сражения, исторических персонажей, о которых так много читал и размышлял. Наверное, многие мальчишки об этом мечтали тогда, но Илья особенно. Изображения оружия, обмундирования, исторического костюма у него предельно точны. Илья стремился к этому и скрупулёзно вырисовывал каждую деталь. Точность рисунка достигается тщательным изучением. Он не только рисует, но ещё со школы занимается лепкой. Несколько фигурок воинов разных эпох были переданы Ларисой Михайловной  Банниковой в фонды Центра историко-культурного наследия г. Челябинска, а другая часть хранится в частной коллекции семьи Банниковых как память о сыне. Кроме того, в 1991 году Илья Банников стал одним из авторов единственного в России археологического музея для школьников в Лаборатории ар­хеологических исследований ЧГПИ/ЧГПУ. Им были сделаны росписи для оформления экспозиции, а также изготовлены колоритные скульптурные композиции древних жителей Южного Урала из раскрашенной пластилиновой смеси. Обладая стойкостью и упорством, Илья Банников мог глубоко сосредоточиваться и творчески работать в любой обстановке и смотрел на многое независимо от мнения окружающих.

Обыденная жизнь, повседневная рутина была скучна Илье. Он стремился найти себе применение не только в изобразительном искусстве. Молодой человек горел желанием поучаствовать в военных действиях, побывать в горячих точках, увидеть своими глазами то, что происходило на пространстве распавшегося СССР.

Отдельной темой, практически неизвестной при его жизни, было литературное творчество, особенно поэзия. Хотя Илья скромно писал о себе: «Не ожидайте – ни за что не назову себя поэтом»! Но, тем не менее, литературоведы сравнивают его по мастерству, обострённому восприятию жизни с М. Лермонтовым и Н. Рубцовым. Он – поэт с большой буквы. Для его литературного творчества особенно характерны пронзительность, глубина и меткость в оценке видения окружающего мира, искренность. В его стихах и прозе звучит высокая патриотическая нота, гражданственность, молодёжный максимализм, что естественно для его возраста, а порой и безысходность. Он по-своему протестовал против несправедливости и подлости, будучи бунтарём по натуре. Илья писал: «Мне нравится слово «восстание», – оно значит, что человек встаёт с колен. Я всегда буду на стороне слабых, которые борются за свою свободу. И если в Приднестровье убивают коммунистов, то моё место – на их стороне». Но убивали молдавские националисты не коммунистов, а русское население, в одночасье ставшее изгоями на своей родной земле. Поэтому Илья и поехал туда сражаться, защищая интересы русского меньшинства Приднестровской Молдавской Республики, рискуя своей жизнью. Как выяснилось недавно, по воспоминаниям его боевого товарища Владимира Юртаева, Илья воевал в Приднестровье в одной казачьей сотне с легендарной личностью – Игорем Стрелковым (Гиркиным), организатором обороны г. Славянска на Донбассе в 2014 году. Удивительно! Возможно, они как-то пересекались там.

Илья жил по принципу: «Живи опасно!»

«Не служа, не лжа и не дрожа,

Я живу на лезвии ножа».

Многие ли поймут такую его жизненную позицию? Но он и не ждал понимания от людей. Когда летом 1993 года Илья поехал воевать в Абхазию, где уже шла междоусобная гражданская война между грузинами и абхазами, его друзья, знакомые недоумевали, зачем он туда едет. Кого защищать? Ответ можно найти в его статье «В окопах под Сухуми», опубликованной после возвращения из воюющей республики в газете «Команда». «Когда четырёхмиллионное государство вторгается в страну, где нет и ста тысяч жителей, – что бы ни говорили геополитики, – правда не на его стороне». Правда, сам Илья признаёт, что и со стороны абхазов было немало насилия и мародёрства. Оно было взаимным в том военном национальном конфликте.

Илью Банникова понять непросто. Натура сложнейшая. Его душу, мысли разрывали вопросы и противоречия, особенно после распада СССР. Для него были характерны непрестанная склонность к размышлениям в постоянном поиске истины. Поэтому он находил выход своему мироощущению, чувствам и эмоциям в поэтической строке и живописи. Для него было упоением читать, размышлять, писать и действовать. Илья выделялся среди остальных, прежде всего духовной свободой, глубиной познания в самых разных сферах, критичным умом мыслителя. Он, безусловно, страдал от невозможности что-либо изменить в жизненном укладе людей, от начавшейся тогда деградации в культуре, от ощущения своей невостребованности. Думаю, в душе он испытывал сильную дисгармонию между внутренним мироощущением и окружающей его действительностью, миром обывателей, живущих сиюминутными потребностями и инстинктами. Немногословность и замкнутость Ильи Банникова скорее были лишь формой защиты своей ауры от посторонних.

Противоречия только усилились после возвращения из Абхазии и участия в трагических событиях кризиса власти в Москве в сентябре-октябре 1993 года по защите российского парламента и конституции. Многое из того, за что ратовал Илья, его единомышленники, «свобода и демократия» вывернулись как будто наизнанку, радикальные перемены в стране стали ещё большим злом для народа, чем было до того. У Ильи происходит глубокое переосмысление, переоценка происходивших событий в России. Он как будто прозрел. И, полагаю, был страшно разочарован, удручён.

Как он метко отметил в своём дневнике, что вместо одних мошенников у власти оказались, другие, более резвые и беспринципные. Он писал: «Хороша или плоха была коммунистическая Россия, но это всё-таки была Россия, а не плоская, бесцветная копия Запада». Он искренне хотел изменить жизнь, сделать её лучше. А что он видел тогда вокруг себя? «Лотки, торговля, воровство, грабёж, проституция, бесстыдство… Обогащайся,  греби, грабь, обмани ближнего своего. Всё апеллирует к худшему, животному в человеке». Узрел воочию всю гниль и грязь, которая вылезла тогда на поверхность при власти демократов. И пришёл к выводам, которые многое объясняют в его короткой, но насыщенной творческой жизни. «Свобода воровать и торговать – это не та свобода, за которую мы боролись. Человек должен стремиться к невозможному, … выдавливать скотское из себя. А жить ради собственного брюха – зачем? К чему?», «Я не буду так – пусть даже нищета».

«И ныне в сумрачной метели

Бредём по жизни волочась –

По бесконечности, без цели…

Мы отрезвели, повзрослели,

И души наши прогорели,

И только горький пепел в нас».

Не только в стихах, но и в письме к своему другу Илья писал, как будто предвидя свою скорую гибель, что в свои годы, «кажется, очутился на вершине своей жизни, и выше мне уже не взобраться. … Однако и доживать не хочется».

Однажды в своём философском дневнике Илья оставил такую странную на первый взгляд запись, ставшую как будто предвидением: «Прочитавший эту книгу обязан жить. Написавший эту книгу, должен погибнуть». Заметьте, не умереть, а погибнуть!

В одном из последних стихотворений Ильи Банникова «Отворите мне рай!» есть такие строчки:

«Отворите мне мир –

Я устал, я поверить хочу.

На исходе дорог, словно пёс,

Я желаю свернуться у двери,

А иначе – к чему

Сам себя по земле волочу»?

Накапливающиеся душевные противоречия в итоге, как мне думается, разорвали жизненный круг Ильи Банникова, надломили его душу. Как писал один известный челябинский публицист – «его смерть может показаться, простите, ожидаемой…». Так ли это (?) – неизвестно. Хотя, судя по строчкам писем в Челябинск, это не чувствовалось, он был настроен вернуться максимально целым и невредимым. Так и писал. У него было немало планов на будущее.

И. Н. Банников на исходе 1993 года был призван в армию, где трагически погиб 8 августа 1994 года, при невыясненных до сих пор обстоятельствах. Чрезвычайное происшествие в воинской части случилось 4 августа. Илья Банников получил сильные ожоги, несовместимые с жизнью. Через 4 дня он скончался в госпитале. Был похоронен с воинскими почестями в Челябинске. Ему было всего-то 23 года.

Челябинская поэтесса Алла Готина посвятила такие строчки нашему земляку:

«Россия не щадит живых поэтов,

Но помнит их святые имена

Оставил Родине свою «Балладу пепла»

Российский мальчик Банников Илья».

 …Жив юноша талантливый и сильный

В картинах, строчках, близких и друзьях,

Сгоревший стебелёк в костре России,

Поэт и воин Банников Илья».

 Ильи нет с нами почти 25 лет, но его творчество живо. Оно бережно сохранено его мамой, Ларисой Михайловной, которая согласилась передать на постоянное хранение в государственный архив документы сына.

В комплексе архивных материалов личного фонда представлены документы биографического характера и творческой деятельности И. Н. Банникова: о рождении, образовании, удостоверения, в том числе о награждениях медалями, почётные грамоты. Там же есть его тетради периода обучения в ЧГПИ с рисунками, карикатурами, эскизами на темы политики в период перестройки, портретами-шаржами политических деятелей, набросками стихотворений, философскими записями.

В фонде немало документов литературного творчества И. Н. Банникова – тетради и отдельные листы со стихотворениями и публицистические, исследовательские статьи в газетах, наброски, философские заметки, эпиграммы. Разделы описи «Графика» и «Живопись» содержат подборки графических рисунков художника на темы истории, политики, религии, пейзажи и портреты, а также акварельные работы Ильи Банникова, в том числе для оформления археологического музея для школьников в ЧГПУ.

Среди документов есть письма И. Н. Банникова в редакцию журнала «Наука и жизнь», писателю А. А. Проханову, родителям, друзьям, а также корреспонденция Ларисы Михайловны Банниковой от разных лиц о сыне и его творчестве.

В личном фонде есть статьи из газет, журналов, распечатки с интернет-ресурсов о жизни и творчестве И. Н. Банникова, стихотворения, посвящённые ему; там же находятся распечатки тематических уроков, сценарии классных часов с учащимися, программ курсов по литературе, исследовательских работ учащихся и преподавателей о творчестве И. Н. Банникова; есть и другие разнообразные документы, отложившиеся в личном и семейном архиве Банниковых. Например, подборка газет о событиях вооружённого конфликта в Приднестровье и Абхазии в 1992-1993 годах. Эти издания были привезены Ильёй из этих регионов. Собирал он и другие газеты демократической и патриотической направленности о происходивших событиях в СССР и России в 1989-1994 годах. Также есть письма-обращения представителей общественности об увековечении памяти И. Н. Банникова в Челябинске.

Особенностью является то, что помимо обычных документов на бумажной основе, в личном фонде представлены видео- и аудиодокументы об Илье Банникове, его творческой деятельности, о событиях, в которых он активно участвовал. Это документальные фильмы, сборники видеосюжетов о боевых действиях в Приднестровье и Абхазии, участии в них казаков, добровольцев с Южного Урала, других регионов России. Есть уникальный, на мой взгляд, видеодокумент – любительская видеозапись, оцифрованная с киноплёнки, с Ильёй Банниковым во время его пребывания в Приднестровье, в г. Бендеры. Это единственные сохранившиеся видеокадры с ним. Фрагменты этого видеосюжета использовались при создании фильма «Горький пепел».

О творчестве И. Н. Банникова в школах Челябинска и Челябинской области проводились тематические занятия, уроки, классные часы. Об этом в фонде также есть видеодокументы.

Осенью 1993 года Илья был в Москве в рядах защитников «Белого дома» – Верховного Совета России, против которых были применены вооружённые силы и спецназ. Семьёй И. Н. Банникова предоставлены видеоматериалы о событиях тех трагических дней сентября-октября 1993 года в Москве: официальная российская и зарубежная телехроника и видеосюжеты, снятые разными операторами, с воспоминаниями участников и очевидцев.

В ближайшее время фонд будет дополнен фотодокументами И. Н. Банникова, членов его семьи, о его учёбе в челябинском педагогическом институте, а также об участии в боевых действиях во время локальных военных конфликтов на территории Приднестровья и Абхазии, о презентации сборника поэзии, прозы и рисунков И. Н. Банникова «Баллада пепла», изданной в 1996 году.

Надеюсь, что будущими исследователями творчества Ильи Николаевича Банникова интересные документы нашего талантливого земляка будут востребованы. Они помогут оценить масштаб этой личности, лучше понять, чтобы воспринять не только его наследие, но и то неспокойное время, в которое происходила ломка всех устоев жизни нашего общества.

Игорь Казанцев,

главный архивист

отдела инициативного

документирования