«Легкая кавалерия» челябинского комсомола

Е. Б. Рохацевич, ведущий археограф ГУ ОГАЧО

«Мы брошены вперед, сердца идут в поход»

С.Гребенников, Н.Добронравов

Что такое легкая кавалерия? Воображение рисует гусара на быстром коне. Действительно, это род войск, использовавших быстрых, небольших по массе коней. В основном такие войска предназначались для осуществления стратегических разведок, в качестве застрельщиков в боях. Это предназначение и послужило отправной точкой для названия одного из подразделений ВЛКСМ, существовавшего в конце 20-х – начале 30-х годов, – «легкая кавалерия» комсомола.

В начальной истории СССР зачастую фразеологические штампы, порожденные Гражданской войной, переносились и в терминологию мирной жизни, активно использовались в речи. Вот и в этом случае ударная группа комсомола с легкой руки Николая Бухарина названа «легкой кавалерией». В своем докладе на VIII съезде ВЛКСМ 6 мая 1928 года Н. И. Бухарин призвал комсомол создавать группы по борьбе с бюрократизмом, или группы помощи РКИ (Рабоче-крестьянской инспекции). Бухарин считал, что РабКрИну недостает легкой, добровольно действующей кавалерии, и создать ее должен в первую очередь комсомол[1].

Выполняя решения VIII съезда ВЛКСМ, комсомольские организации начали создавать группы «легкой кавалерии», представлявшие собой особую форму участия молодежи в контроле за работой государственных и хозяйственных органов.

Документов о деятельности  первых челябинских «кавалеристов»  в Государственном архиве Челябинской области сохранилось незначительное количество. В фондах «Челябинский окружной комсомол», «Троицкий окружком ВКП(б)», «Златоустовский РК ЛКСМ» есть материалы о работе «легкой кавалерии» (Ф. П-522. Оп.1. Д.421; Ф. П-170. Оп.1. Д.762; Ф. П-491. Оп.1. Д.124). Среди документов прежде всего нужно назвать Письмо ЦК ВЛКСМ о работе групп «легкой кавалерии», обзоры действий «легкой кавалерии», протоколы совещаний секретарей ячеек «легкой кавалерии» различных предприятий и организаций области, рапорты групп «легкой кавалерии», постановления окружного штаба «легкой кавалерии», планы и отчеты о работе «кавалеристов», списки некоторых групп «ЛК». Также есть материалы всесоюзной переклички по вопросам рейдов «легкой кавалерии». Документы рассказывают, как в Челябинской области создавались эти группы, каковы были методы их работы, каково было руководство их деятельностью со стороны комсомола.

Так, в фонде П-491, Оп.1. Д. 124 имеется план работы групп «легкой кавалерии» Златоустовского РК ЛКСМ на апрель-май 1929 года, где расписаны «налеты» «кавалеристов» на различные учреждения. Интересно, что терминология документов схожа с военной терминологией: «расстановка сил», «налет», «дозор» и т.д. Судя по документам, замахнулась «легкая кавалерия» на больницу (как идет прием больных, создаются ли очереди и почему, состояние жалобных книг), на магазин, на вокзал (как борются с очередями за билетами, благоустроено ли помещение для пассажиров), на дирекцию механического завода и даже на народный суд (как разбираются дела, каков срок разбора дел, сколько дел не разобранных и почему)[2].

Троицкие и Уйские «кавалеристы» устраивали «налеты» на осыпные пункты Хлебосоюза, на мельницу, где выявили ряд «ненормальностей в задержке расчета за ссыпанное у крестьян зерно и неправильное его хранение»[3].

Документы сохранили для потомков имя первого начальника областного штаба «ЛК»  1929-30 гг. Сергеева, а также образец личной карточки члена группы «ЛК» некоего Тазидакова Н. 1915 г. р., из рабочих, образование низшее, национальность уникальная – «нацмен»[4]

Надо сказать, что в стране движение «легкой кавалерии» комсомола конца 20-х годов быстро сошло на нет. Но к середине 30-х годов вновь возродилось уже по решению XVII съезда партии большевиков (26 января – 10 февраля 1934 г.), который поставил перед комсомолом задачу восстановить практику организации «легкой кавалерии» как оправдавшую себя в борьбе с бюрократией[5].

7 июня 1934 года было принято постановление ЦК ВЛКСМ о возрождении движения «легкой кавалерии» комсомола, где говорилось: «Легкая кавалерия» является одной из форм участия комсомола в государственном строительстве, призванной вскрывать и исправлять на месте бюрократические извращения и недостатки в работе хозяйственных, кооперативных, профсоюзных, советских и комсомольских организациях»[6]

Челябинский комсомол тоже получил задание возродить «легкую кавалерию». Комсомольцы занимались рассмотрением жалоб населения на безобразия в учреждениях, следили за рациональным использованием средств, проверяли качество обслуживания населения и т.д.

Бригады «легкой кавалерии» по определению должны были организовываться на добровольных началах. Планировалось, что из рядов комсомольцев будут по собственной инициативе выдвигаться наиболее активные, неравнодушные ребята. В некоторых случаях так и было. Так, в докладе о деятельности «легкой кавалерии» Верхне-Уральского района (8 августа 1934 г.) подтверждается, что в бригаде «кавалерии» - добровольцы[7].  «Кавалеристов» обычно бросали в прорыв: плохо работает столовая, недостача в магазине, нет запасных частей к сельхозмашинам – объявляли рейды «легкой кавалерии». Партийное руководство зачастую использовало «ЛК» как надзирающую, фискальную и даже карательную и репрессивную организацию. Ей поручалось не просто проводить рейды, но и составлять акты, вести допросы, привлекать к ответственности виновных и далее передавать дела о выявленных недостатках и преступлениях в органы правопорядка. «Когда приходит легкая кавалерия, хозяйственники не любят», - говорится в документе о деятельности «легкой кавалерии» в Верхне-Уральском районе[8].

В фонде 485 (Челябинский обком ВЛКСМ) сохранилось лишь небольшое число документов, рассказывающих о работе «легкой кавалерии» в 1934-1935 гг.: о рейдах, слете, межрайонной радиоперекличке «кавалеристов», комсомольской конференции, где рассматривался вопрос о работе «легкой кавалерии». Сохранились также многочисленные акты «легкой кавалерии» по обследованию тех или иных предприятий и организаций. Так, слет «кавалеристов» Верхне-Уральского района (8 августа 1934 г.) рассмотрел вопросы о «налетах» отряда «легкой кавалерии» на молочную ферму, столовую, нефтесклад. По выявленным недостаткам в работе составлен акт, виновные привлечены к ответственности. Также «кавалеристами» обследована контора заготшерсти, где выявлена нехватка 800 кг шерсти и 1000 руб. Расхитители тоже привлечены к ответственности. Вообще комсомольский дозор в Верхне-Уральском районе широко развернулся, только по проверке готовности к уборочной кампании было организовано 35 бригад. «Кавалеристы» указывали на недостатки, составляли акты[9]

Документы ОГАЧО доносят до нас сведения и о более глобальных операциях «легкой кавалерии» челябинского комсомола. В ноябре 1934 года в стране был объявлен первый после возрождения «кавалеристов» всесоюзный рейд по проверке состояния культурно-бытовых учреждений. Комсомольцы области включились в это дело. 27 декабря 1934 года Челябинский обком партии организовал радиоперекличку по итогам рейда. На перекличку вызывались секретари райкомов ВЛКСМ, зав. райздравотделами и коммунальными отделами из Кыштыма, Верхне-Уральска, Троицка, Златоуста, Уфалея, Каменск-Уральска, двух районов Челябинска.

Приведем стенограмму переклички по итогам рейда «кавалеристов» г. Троицка (сохранен стиль документа): «Присутствовали от райздрава – 5, от комсомольцев – 3. Вопрос: что вы делаете по рейду? – Мы провели проверку трех детдомов, магазины, баню и около 4-5 общежитий. Больницы не обследовали, потому что мы били главным образом по больным местам. Детский дом не отремонтирован, рамы не вставлены, отсутствует вода, грязь в общих комнатах, в столовых грязь. На бюро мы это состояние обсудили, сняли зав. детдомом, объявили выговор завхозу, дали туда лучшего комсомольца председателем. Это мы проделали во втором детском доме. – Что делается по улучшению этого детдома? – Питание улучшилось. Теперь детей не наказывают тем, что оставляют без обеда… – Какие вы имеете запросы к области, к потребсоюзу? – Нам необходимо большое количество белья, матрасов, одеял для общежитий. Вот это надо поставить перед областью. Мы провели совещание с работниками прилавка, для укрепления торговой сети посланы лучшие комсомольцы – 10 человек. Были организованы курсы, через которые пропустили 25 человек. Была проведена конференция с работниками прилавка за культурные магазины. Сейчас все магазины приведены в привлекательный вид, стены украшены лозунгами»[10]. Документ свидетельствует, что комсомольские активисты в своей работе использовали довольно радикальные меры воздействия на нерадивых руководителей, вплоть до снятия с работы.

Так же активно в той акции действовала «легкая кавалерия» в Челябинске –   более 300 человек участвовали в рейдах,  в Копейске – 200 человек,  в Верхне-Уральске – 118 человек. Проведя рейд в институтском общежитии, «кавалеристы» Челябинска не только выявили недостатки, но и помогли в улучшении бытовых условий студентов: «сейчас на каждого человека имеется одеяло, простыня. Раньше белье в прачечной мылось 25 дней, а иногда и не возвращалось. Сейчас мы обеспечили каждого студента табуретками, тумбочками, сделали 50 штук тумбочек, и теперь каждый студент имеет тумбочку, свет не потухает»[11].

Часто «кавалеристов» от комсомола привлекали к проверкам торговой сети, что было особенно актуально. Причем акции одновременно проходили по всей стране с участием большого числа общественников-комсомольцев. В одном из документов ОГАЧО есть информационная сводка оргбюро ЦК ВЛКСМ по Челябинской области о ходе рейда «легких кавалеристов» по торговой сети[12]. Бригады «кавалеристов» выявили в магазинах множество недостатков, граничащих с преступлениями: воровство, обсчет покупателей, отсутствие ценников, припрятанную продукцию, антисанитарию и т.д.[13] 

«Кавалеристы» имели достаточно большие и серьезные полномочия, поэтому внесли существенные предложения по улучшению торгового обслуживания, которые были выполнены. Кроме того, после семидневной работы бригады райком ВЛКСМ созвал расширенное совещание «легких кавалеристов», завмагов проверяемых магазинов, представителей торговых организаций с присутствием прокурора, чтобы подвести итоги рейда.

Райком комсомола сумел мобилизовать для освещения работы дозорных местную печать. Кстати, для материалов «легкой кавалерии» страницы газет были всегда открыты. Благодаря этому можно узнать некоторые фамилии комсомольских дозорных: Кудряшов, Костин, Костина, Морозов, Куклева, Седельников, Киселев, Устинов, Шарабрин, Орешков, Ерошкина, Санникова, Мелентьева, Екринина, Сукмашев, Бобров, Алферов и др., которые резко критиковали и работу маленьких сельпо, и, бывало, вытаскивали «за ушко да на солнышко» «крупных рыб» районной, городской и областной советской бюрократии[14]. Нередко условия, в которых действовали молодые «кавалеристы», походили на боевые; дозорные во время рейдов, особенно в сельской местности во время коллективизации, зачастую рисковали своим здоровьем и даже жизнью[15].

«Кавалерия» во многих случаях проявила себя как эффективный инструмент самодеятельного творчества, но во второй половине 30-х годов этот всплеск самодеятельности комсомола прервался. В отчетах областной комсомольской организации после 1935 года нет ни одного упоминания о деятельности «легкой кавалерии». Видимо, «легкая кавалерия» была раздавлена тем, с чем ей изначально предназначено было бороться, – бюрократической машиной самого ВЛКСМ и в особенности – партии, руководящей и направляющей силы государства. Ибо не было выполнено главное условие, на котором должна была строиться вся работа «кавалеристов» - самодеятельность.

Трибун и идеолог партии Николай Бухарин считал, что «только ревизуя неофициально, можно действительно выкопать бюрократического противника, можно действительно влезть в самое сердце злоупотреблений, можно действительно настоящие безобразия вскрыть, можно застать врага на месте преступления, а не тогда, когда он подчистится, заметет песочком все следы, и жалобщика еще выставит как бузотера, а самого себя — в честном виде»[16]. На самом деле «легкая кавалерия» комсомола превратилась в заорганизованное официальное подразделение ВЛКСМ.

На собраниях, бюро, пленумах и различных слетах руководящие органы комсомола подвергали критике стихийность работы «легкой кавалерии», самодеятельность, пытаясь привести деятельность комсомольских дозорных в официальное русло ВЛКСМ, требовали создания большего количества бригад, увеличения членов групп и т.п. Так, конференция ВЛКСМ 1-го района Челябинска отмечала, что работа «ЛК» в основных организациях района – ЧТЗ, Станкострое, заводе Колющенко, Челябгорстрое, Газохимкомбинате – поставлена крайне неудовлетворительно по причине отсутствия организационного оформления групп «ЛК»[17] в районе и на предприятиях, а руководство ими со стороны оргбюро РК ВЛКСМ слабое. В протоколе конференции подчеркивается необходимость оживления работы «легкой кавалерии», создание групп из лучших комсомольцев по отраслям: благоустройство города, строительство, коммунальное хозяйство, образование, здравоохранение и т.д.[18]

Однако не только заорганизованность сыграла свою роль в прекращении деятельности групп «легкой кавалерии». Руководящие органы комсомола и партии считали, что работа «кавалеристов» только в том случае признается законченной и успешной, когда все выявленные недочеты в проверяемой организации будут устранены. Но сделать это было невозможно в принципе. Большинство чиновников, хозяйственных руководителей не придавали значения критике «легкой кавалерии». Конечно, можно было помочь устранить мелкие недостатки: выгнать воров с какого-нибудь склада или магазина, смастерить тумбочки для студентов. Но бороться с советской экономической системой кучке пусть и неравнодушных людей было не под силу – слишком «легкой» была эта «кавалерия».

В советском однопартийном обществе невозможно было реализовать принцип самодеятельности, независимости какой-либо общественной организации. Все делалось только по указке сверху, исходило от ВКП(б). К сожалению, все подобные организации подводились под общий знаменатель, регламентировались, встраивались в систему, как было сделано с «легкой кавалерией», или просто преследовались и уничтожались. К тому же во второй половине 30-х годов произошло усложнение и еще большая бюрократизация государственной системы. К тому же повысился общеобразовательный и профессиональный уровень чиновников. Налетами и наскоками «легкой кавалерии» уже невозможно было «расшить» узкие места, «кавалеристы» не вписывалась в систему. Да и инициатор и вдохновитель «ЛК» Н. И. Бухарин был репрессирован и расстрелян.

Бороться с государственным бюрократизмом, с негативными явлениями, порожденными им, могут только независимые общественные организации.

P.S. «Легкая кавалерия» возродилась в 1962 году в виде комсомольского прожектора – структурного подразделения ВЛКСМ.



[1] Бухарин Н.И. Путь к социализму. Избранные произведения. М., 1990. С. 295

[2] ОГАЧО. Ф. П-491. Оп. 1. Д.124. Л.4-7об.

[3] ОГАЧО. Ф. П-170. Оп.1. Д.762. Л.186, 190

[4] ОГАЧО. Ф. П-522. Оп. 1. Д. 421. Л. 3

[5]17 съезд ВКП(б). Стенографический отчет. М., Партиздат, 1934. С. 673

[6] ОГАЧО. Ф. П-485. Оп. 1. Д. 27. Л. 28

[7] ОГАЧО. Ф. П-485. Оп. 1. Д. 27. Л. 13

[8] ОГАЧО. Ф. П-485. Оп. 1. Д. 27. Л. 1

[9] ОГАЧО. Ф. 485. Оп. 1. Д. 27. Л.1

[10] ОГАЧО. Ф. 485. Оп. 1. Д. 27. Л. 12-13

[11] ОГАЧО. Ф. 485. Оп. 1. Д. 27. Л. 22

[12] ОГАЧО. Ф. 485. Оп. 1. Д. 27. Л. 30-32

[13] ОГАЧО. Ф. 485. Оп. 1. Д. 27. Л. 31

[14] ОГАЧО. Ф. 485. Оп. 1. Д. 27. Л. 119

[15] ОГАЧО. Ф. 495. Оп. 1. Д. 139. Л. 6

[16] Бухарин Н.И. Путь к социализму. Избранные произведения. М., 1990. С. 295

[17] ОГАЧО. Ф. 485. Оп. 1. Д. 27. Л. 29

[18] ОГАЧО. Ф. 485. Оп. 1. Д. 27. Л. 28-29