Финальный отчет: Н.М. Чернавский подводит итоги своей деятельности

Отчет… У большинства людей, в силу своих профессиональных обязанностей имеющих отношение к делопроизводству, это слово вызывает ассоциации с рядами цифр и сухими формулировками официальных шаблонов, составленных вышестоящими органами управления. Однако так было не всегда. На заре становления архивной системы четкие и жесткие шаблоны отчетов для низовых архивных учреждений еще отсутствовали, что давало некоторый простор для их составителей.

Н.М. Чернавскому пришлось за время своей работы заведующим архива написать немало отчетов. Годовые, полугодовые, квартальные и месячные… После того, как челябинский архив стал частью большого Уральского областного архива, отчеты приходилось писать даже в двух экземплярах – один направлялся в облархив (г. Свердловск), другой – в Центрархив (г. Москва). Избавиться от этого ненужного дублирования удалось лишь в 1927 г.

Но среди всей массы особняком стоит один, написанный им в январе 1926 г. «во исполнение словесного распоряжения» (ОГАЧО. Ф. Р-26. Оп. 1. Д. 23. Л. 21) председателя окрисполкома И.Д. Панафидина. Речь идет о последнем, финальном отчете Н.М. Чернавского – заведующего архивом, в котором он дал картину развития своего детища с самого момента его основания. Вскоре Н.М. Чернавский будет смещен с занимаемой должности, а затем и вовсе уволен из им же основанного учреждения. Впрочем, о деталях этой истории нами будет рассказано в следующей статье. Здесь же мы отметим некоторые, не озвученные в предыдущих статьях детали и факты жизни Челябинского архивного бюро.

Так, ранее уже шла речь о тех трудностях, которые испытывал в первые годы своего существования Челябинский губернский архив (см.: http://archive74.ru/news/trevogi-pervyh-let-arhiva). Как правило, в трудные минуты Н.М. Чернавский обращался за помощью в центральное архивное ведомство в Москве. Однако в августе 1922 г. именно из Центрархива в адрес Челябинского губисполкома пришло письмо с предложением местным властям либо заставить Н.М. Чернавского серьезно активизировать свою работу, либо срочно подыскать ему замену. В центре, видимо, слабо понимали, что помещение, пригодное для хранения документов, было выделено менее чем за месяц до получения этого письма, а стеллажи и полки для хранения бумаг и вовсе отсутствовали. Однако это хорошо понимал губисполком, а потому в Центрархив была направлена формальная «отписка» о том, что Н.М. Чернавский «исправился», а деньги для обустройства стеллажей немедленно выделены из регионального бюджета (там же. Л. 24об). Местные власти знали, что другого квалифицированного специалиста в их распоряжении попросту нет, а заминка в работе нового учреждения объясняется не его ленью, а финансово-материальной стороной вопроса.

На момент составления отчета на хранении в окрахиве находилось 38 фондов «весом 70 тонн» (там же. Л. 28). Большая часть относилась к дореволюционному периоду. Советские учреждения, обязанные сдавать свои документы по прошествии 5 лет с момента их составления, не торопились этого делать.

Н.М. Чернавского, однако, последний факт не смущал – он прекрасно знал, что последует вслед за этим. Документы, которые учреждения должны были заранее подготовить к сдаче и привести в порядок, поступали к нему в «разбитом», хаотическом состоянии и требовали долгой работы над ними. По его словам «из 38 фондов 14 (считая и поступившие в порядке) состоят на счету приведенными в полный порядок, 13 разобраны только на черно (так в документе – М.Б.), т.е. дела у них разложены по годам и разделам, но еще надлежащим образом не систематизированы… Остальные 13 архфондов… не приведены в порядок» (там же. Л. 29 об). Главной причинной того был излишне малый штат архива, который за время своего существования колебался от одного до пяти (с октября 1925 г.) человек. Выходом из положения стал найм временных работников, однако квалификация их, конечно же, оставляла желать лучшего. Единственный зарегистрированный случай кражи документов из архива был на совести именно такого временного работника, рассчитывавшего в дальнейшем сбыть их на рыке – бумага в то время являлась дефицитом (там же. Л. 29). Н.М. Чернавский пытался ввести в практику взимание денег с нерадивых фондообразователей (средства планировалось направлять на найм упоминавшихся выше временных работников), однако ни один из них не предоставил архиву затребованной сумы в полном объеме.

Впрочем, Н.М. Чернавский не был склонен к пессимистическим оценкам и считал путь, пройденный своим детищем, вполне успешным. Архив, несмотря на трудности, смог избежать ликвидации. Штат работников все же увеличился, хотя и явно не успевал за нарастающей из года в год нагрузкой. Постепенно наращивались суммы, отпускаемые на его содержание. Так, с февраля по октябрь 1922 г. архбюро получило 62 438 руб., из которых 52 118 руб. ушло на зарплаты и социальное страхование работников. Иначе говоря, денег хватало только на содержание сотрудников и мелкие бытовые нужды. На 1925/26 г. было выделено 6 104 руб., из них на зарплаты ушло лишь 2 892 руб., то есть менее половины. Остальное было направлено на канцелярские расходы, капитальный ремонт, командировки, закупку рабочей одежды и приобретение инвентаря (там же. Л. 26-27). В целом финансирование архива, отмечал Н.М. Чернавский, расширилось.

Начало приема документов в актохранилище, равно как и постепенно сошедшая на нет опасность ликвидации архива, позволили заведующему развернуть свою научную деятельность. Благодаря небольшой финансовой помощи местных властей он предпринял две научных командировки, побывал в Оренбурге, Уфе и Перми, где познакомился с хранящимися в этих городах документами по истории Челябинска. Как заведующий архивом он заказал копии ряда документов из центральных архивов Москвы и Петрограда (Ленинграда). При архбюро удалось собрать неплохую библиотеку по местной истории.

Работа над исследованиями по истории г. Челябинска у Н.М. Чернавского шла весьма активно. В 1924-1925 гг. он выступил с рядом докладов в Обществе изучения местного края. Увы, хуже обстояли дела с публикациями – газеты от его материалов, как правило, отказывались. Лишь «Советская правда» опубликовала статью о челябинской ярмарке. Брошюра об административном устройстве РСФСР долгое время перерабатывалась с учетом очередных реформ, а затем издание попросту провалилось из-за дефицита бумаги. Но в 1926 г. архиву была выделена сумма в 1 600 руб. для издания задуманного им первого тома «Материалов по истории города Челябинска», а окрплан заказал составить «Исторический эскиз г. Челябинска». Н.М. Чернавский этого, конечно же, еще не мог знать, но первая публикация окажется провалена, вторая выйдет лишь в сокращенном варианте, с большими редакторскими правками, которые с автором не посчитали нужным согласовать.

Итак, составляя свой финальный отчет, Н.М. Чернавский с оптимизмом вглядывался в будущее, хотя и отмечал стоящие перед его детищем серьезные проблемы.

М. А. Базанов, канд. ист. наук., ведущий археограф ГУ ОГАЧО