Столовая под литерой «А». Привилегии советских начальников в 1930-е годы

 

«АиФ-Челябинск» продолжает публикацию статей в рамках совместного проекта с Госархивом Челябинской области – «Особая папка».

К началу 1930-х годов «соцпакет» советского чиновника был сформирован, узаконен и засекречен.

Сразу после Гражданской войны в нашей стране начинает активно расти класс советских управленцев. Неотъемлемой частью их нового образа жизни становятся различные льготы и привилегии.

«Летом 1922 года XII партийная конференция законодательно утвердила систему привилегий для представителей партийной и советской бюрократической машины. Для этих целей предполагалось использование средств из госбюджета», – пишет кандидат исторических наук Евгений Туфанов в статье «Быт и повседневная жизнь советского чиновника в 20-30-е годы».

О том, какими привилегиями пользовались местные руководители и как их жизнь отличалась от жизни «простого человека», мы можем узнать только из «Особой папки».

«Включить семьи на снабжение»

К началу 1930-х годов «соцпакет» советского чиновника был сформирован, узаконен и, естественно, засекречен. Возможно, на взгляд современного человека, тогдашние привилегии областного руководства выглядят скромно. Но надо помнить реалии того времени. На фоне нехватки продовольствия, карточной системы и периодического массового голода спецстоловые и спецпайки были роскошью, доступной узкому кругу избранных.

Один из документов «Особой папки» на эту тему – протокол заседания бюро обкома (1.12.1934), подписанный первым секретарем обкома Кузьмой Рындиным.

Читаем: «Устанавливая наличие больших перебоев в снабжении   политотдельских работников пайком по линии НКВД (пайки выдаются с большим запозданием и не выдаются все полагающиеся продукты), возложить на тов. Минаева наблюдение за бесперебойным снабжением политотдельских работников военным пайком.

Предложить Промторгу ежемесячно отправлять продпосылки секретарям райкомов, председателям райисполкомов, начальникам политотделов. Включить семьи политотдельцев на снабжение райактива, обязать Облвнуторг ежемесячно по заявкам политсектора отпускать продукты и обеспечить их выдачу».

«Житуха будет хуже»

А вот о положении рабочих мы можем узнать из секретной спецсводки НКВД «О настроениях специалистов и рабочих моторо-ремонтного завода им. Второй пятилетки» (28.12.1934). Здесь цитируются слова кузнеца Левина, сказанные им в дружеском кругу: «Без карточной системы житуха рабочим будет хуже, так как продукты питания дороги. Что же Политбюро думало, решая этот вопрос – как будет жить рабочий с заработком 150 рублей и семьей 5 человек».

Также из спецсводки мы узнаем, что работники этого завода неоднократно жаловались на плохие условия жизни в общежитии, на отсутствие простыней, одеял, и на то, что на их жалобы никто не реагирует.

Может, завод им. Второй пятилетки – исключение, а на других предприятиях все хорошо? Нет, в документах, например, имеется докладная записка из оргбюро ЦК ВЛКСМ (13.02.1935): в ней отражены жалобы на положение рабочих на хлебокомбинатах № 1 и № 2 Челябинска. В записке сказано, что «зарплаты очень низкие: например, у рабочего со стажем 18 лет зарплата всего 150 рублей.  Рабочие не обеспечены обувью, работают босиком. Нет рукавиц: рабочие у печей все с ожогами рук, а спецодежда грязная, рваная».

Кстати, кузнец Левин насчет «житухи» после отмены карточек не ошибся: цены на хлеб в 1935 году выросли, а сам хлеб приходилось добывать с боями в многочасовых очередях. Цитирую письмо жителя Троицка Николая Клюкина: «Вместо хлеба хорошего качества мы имеем односортный, плохого качества хлеб, за которым приходится стоять 2-3 часа в очереди, а затем, не получив его, бежать в другой конец города и снова стоять в очереди 2-3 часа, и снова не получить, и вернуться домой ни с чем».

По персональному списку

Чиновники в это время определяли регламент и правила работы столовой спецпитания. Читаем постановление бюро Челябинского обкома о питании партактива, 1936 год: «Считать необходимым сохранить столовую с литерой «А» с диетическим питанием для областного и городского партактива при Челябинском гортресте столовых на 165 человек. На питание в столовую включить: членов бюро обкома ВКП (б), членов президиума облисполкома, зав. отделов обкома, зам. заведующих и инструкторов, директоров крупнейших областных организаций, секретарей горкомов и райкомов, секретарей обкома ВЛКСМ, горкома комсомола» и т.д.

И далее: «Установить стоимость обеда в столовой «А» в 8 руб., при оплате самого столующегося 70 руб. в месяц. Допустить для 45 человек по персональному списку право пользования обедами на дом». То есть с учетом 25 рабочих дней «прикрепленный к столовой» мог пообедать на 200 рублей в месяц, из которых из своего кармана он оплачивал только 70 рублей.

На фоне заботы о спецстоловой для чиновников особенно выразительно выглядит сообщение о продовольственных затруднениях в Челябинской области (10.04.1937), в котором говорится: «В колхозе «Пролетарий» Шляпниковского сельсовета в марте из-за недостатка хлеба колхозники муку смешивают с опилками, березовой корой и картофельной ботвой. Отдельные семьи колхозников сидят без хлеба по 2-3 дня».

Или докладная записка Рындину от управления НКВД: «Имеющиеся факты о естественном движении населения за первую треть 1936 года отмечают высокий процент смертности и понижение рождаемости. По отдельным населенным пунктам смертность в целом превышает рождаемость». Указывается и причины такого положения: голод в колхозах и недоступность медицинской помощи.

Путевки, квартиры, прислуга

Безусловно, интересно узнать, какие суммы выделялись на оплату руководящих привилегий и на какие цели они расходовались. Об этом, в частности, говорится в постановлении бюро обкома, сентябрь 1936 года: «Отпущенные дополнительные ассигнования (согласно постановлению СНК РСФСР от 11.09.1936) на улучшение бытовых условий в сумме 142,9 тыс. рублей и имеющийся остаток в 27,1 тыс. рублей распределить на 4 квартал следующим образом: на дотацию закрытой столовой литеры «А» – 100 тыс. руб., облисполкому – 15 тыс. руб,, облземуправлению – 7 тыс. руб.» и т.д.

В постановлении бюро обкома (15.04.1937) упоминается еще одна статья расходов – отдых советской номенклатуры: «Отпущенные правительством средства на лечебную помощь партийно-советскому активу и на соцбытовые расходы в сумме 1 млн 550 тыс. руб.  распределить следующим образом:

На содержание дома отдыха «Увильды» – 600 тыс. руб., на д/о «Еткуль» – 275 тыс. руб.

На содержание дач – 150 тыс. руб.

На приобретение путевок на центральные курорты – 200 тыс. руб.

На дотацию в столовые – 293 тыс. руб.

На единовременную помощь – 32 тыс. руб.».

Что касается материальной помощи, то она выделялась руководящим работникам достаточно щедро. В документах регулярно встречаются однотипные распоряжения: «Предложить финхозсектору выдать зав. отделом Челябинского горкома тов. Биренбаум матпомощь 1000 руб.», «Выдать секретарю Курганского РК ВКП (б) Гайнцеву матпомощь 800 руб.», «Выдать секретарю Тракторозаводского райкома Кричевскому матпомощь 800 руб.». Напомню, что средняя зарплата квалифицированного рабочего была тогда 200-300 рублей.

Еще одна безусловная привилегия того времени – решение жилищного вопроса. Тема отсутствия жилья проходит через многие документы 30-х годов. В них говорится или о нехватке жилья для специалистов, или о ветхости временных жилых построек, или о том, что рабочие живут в землянках и поэтому бегут с заводов.

В докладной на имя Кузьмы Рындина (сентябрь, 1934 год) определен вариант жилья для рабочих: «Отдельная комната для семьи, не менее 3 кв. метров на человека». А в это время начинал строиться главный номенклатурный дом в центре Челябинска с просторными благоустроенными квартирами, в которых (согласно изначальной планировке) были сделаны специальные комнаты для прислуги.

Инна Панкова,

корреспондент газеты «Аргументы и факты. Челябинск»